В интервью заместитель председателя Банка России Алексей Заботкин подробно объяснил, почему регулятор видит риски в скором снижении ставки и сохраняет осторожный подход.
Ключевые тезисы
- По данным Росстата годовая инфляция замедлилась до 5,31% (апрель — 5,58%). Заботкин подтвердил эти показатели, но не увидел в них основания для смягчения политики.
- Спад ВВП в I квартале (−0,2%) объясняется календарным эффектом, морозами и переносом части спроса на конец 2025 года; с поправкой на календарь рост составил бы около 0,3%, поэтому пересматривать годовой прогноз по ВВП пока нецелесообразно.
- Идею включить рост ВВП в мандат регулятора Заботкин отверг: по его словам, для этого нет ни необходимости, ни содержательных оснований; смягчение политики приведёт не к росту, а к более высокой инфляции и реальным ставкам.
- Экономика находится выше потенциального уровня: безработица на рекордно низких значениях, устойчивые компоненты цен растут на 4–5% в год, что поддерживает инфляционное давление.
- Бюджет пока не дал ожидаемого дезинфляционного эффекта — госсектор продолжает поддерживать совокупный спрос.
- Дезинфляционный эффект от роста нефтяных цен через укрепление рубля в основном отыгран; одновременно проинфляционный вклад через мировые цены на нефтепродукты продолжает нарастать, и геополитические факторы усугубляют ситуацию.
- Главный ограничитель для снижения ставки — перенос домохозяйствами опыта высокой инфляции последних лет на ожидания будущего; пока ожидания остаются высокими, пространство для снижения ставки ограничено.
Оперативные данные по июню уже показывают ускорение инфляции (неделя к 8 июня — около 0,20%), в том числе из‑за удорожания бензина, что усиливает аргументы в пользу осторожной денежно‑кредитной политики.