Замглавы Минюста заявил, что в 2025 году лишь 4% лиц и организаций, внесённых в реестр «иностранных агентов», получали иностранное финансирование.
Остальные 96% получили статус якобы из‑за «иных форм влияния» других государств — это примерно 206 из 215 человек и организаций, по подсчётам правозащитников.
По словам представителя ведомства, доля «иноагентов» из‑за зарубежного финансирования сокращается, тогда как общий приток новых записей в реестр растёт: в 2025 году в него включили на треть больше, чем в 2024 году.
В 2022 году Минюст получил право признавать людей и организации «иноагентами» на основании нахождения под «иностранным влиянием». Эта широкая формулировка позволила относить к реестру тех, у кого нет доказанного зарубежного финансирования.
«Если бы сейчас единственным признаком оставалось зарубежное финансирование, то это было бы всего 4% иноагентов. А мы бы искали эти деньги, которых нет. И деньги там и не нужны — там уже другие формы», — заявил заместитель министра юстиции.
Фактически расширение критериев превратило статус «иноагента» в инструмент, который можно применять к самым разным людям и организациям.
- Статус «иностранного агента» часто используется для дискриминации и политического преследования.
- Люди и организации с этим статусом сталкиваются с серьёзными ограничениями в правах; правоохранительные органы регулярно возбуждают уголовные (ст. 330.1 УК) и административные (ст. 19.34 КоАП) дела о неисполнении обязанностей «иноагента».